17:34 20 июня 2019
Прямой эфир «Радио Sputnik»
  • USD69.6860
  • EUR78.6755
  • RUB1.0994
Психологическая поддержка пациентки в больнице. Архивное фото

На мою первую операцию привезли женщину после аборта — акушерка из КР

© AFP 2019 / Raul Arboleda
Общество
Получить короткую ссылку
Асель Минбаева
658050

Много лет назад еще неопытная доктор Минагуль Сулайманкулова наблюдала за действиями своего учителя — хирурга Лехтмана. Он долго зашивал проткнутую матку, а потом протянул инструмент молодой коллеге. Она должна была просто подержать иглу, но все пошло не так…

У акушера-гинеколога Минагуль Сулайманкуловой за плечами 43 года профессионального опыта. Она даже не может сосчитать, сколько малышей взяла в руки первой.

Сулайманкулова работает в Национальном центре охраны материнства и детства, куда привозят самых сложных пациенток из разных уголков страны. 

Акушер-гинеколог Минагуль Сулайманкулова, работающая в Национальном центре охраны материнства и детства
© Sputnik / Табылды Кадырбеков
Акушер-гинеколог Минагуль Сулайманкулова: я работала днем и ночью — была единственным акушером-гинекологом в иранском городе с населением 40 тысяч человек.

— Расскажите о себе. Почему вы выбрали эту профессию?

— Я родом из Нарына. Мединститут окончила 43 года назад. Вообще-то хотела стать хирургом, но меня не взяли. Сказали, что работа тяжелая, а я слишком хрупкая — весила всего-то 47 килограммов. Правда, мое желание проводить операции учли и определили меня в акушеры-гинекологи, ведь тут тоже много хирургических вмешательств.

— Помните свою первую операцию?

— Я помню, как впервые попала в операционную. Хирургическое вмешательство проводил профессор Михаил Лехтман, а пациенткой была женщина после аборта. Во время прерывания беременности ей проткнули матку… А что вы удивляетесь? Такое бывает, ведь хирургические аборты делаются вслепую…

Лехтман ушил рану и протянул мне иглу, чтобы подержала, а я как дернула!.. Швы сорвались, и на меня набросилась вся операционная бригада. Я расплакалась, выбежала и сказала, что больше никогда не буду оперировать. К счастью, рану снова зашили и все кончилось благополучно. Свое слово я, конечно, не сдержала…

— Вы ведь какое-то время работали в Иране?

— Да. В 1992 году Кыргызстан и Иран заключили соглашение, и 27 наших врачей отправились туда работать. Разумеется, нас предупредили, что мы едем в закрытое исламское государство. Мы ходили в соответствующей одежде. После Советского Союза трудно было к этому привыкнуть, но надо уважать нравы страны, в которой находишься.

— А чем отличалась собственно работа?

— После развала СССР у отечественной медицины возникло много проблем, например, не хватало медикаментов. А в Иране было все, и это нас поразило. Только машин "скорой" под окном стояло штук десять… Я работала днем и ночью — была единственным акушером-гинекологом на город с населением 40 тысяч человек.

— Какие различия между иранскими и нашими женщинами вы заметили?

— У них больше проблем со здоровьем, ведь там принято рожать едва ли не каждый год. Аборты в Иране запрещены.

Акушер-гинеколог Минагуль Сулайманкулова, работающая в Национальном центре охраны материнства и детства
© Sputnik / Табылды Кадырбеков
Акушер-гинеколог Минагуль Сулайманкулова: бывает, женщина теряет три литра крови, ты пять часов оперируешь, у нее останавливается сердце, но она все равно выживает…

— А каков уровень профессионализма врачей?

— Они тоже допускают ошибки. Мне запомнился один случай: поступила пациентка с миомой матки. Мы провели операцию, было сильное кровотечение, но благодаря переливанию крови состояние стабилизировалось. На следующий день я проводила обход и увидела, что эта женщина вся желтая. Мне объяснили: "У нее гепатит, ее изолировали". Я опешила, стала выяснять… Оказалось, что пациентке перелили кровь не той группы! К счастью, ее удалось выходить.

— Почему вы вернулись в Кыргызстан? Насколько я знаю, в Иране к врачам относятся очень хорошо, у них высокие зарплаты.

— Я прилетела в 1995 году, мне тогда уже исполнилось 38 лет. Хотелось быть с мужем, с детьми. Однако я уезжала из одной страны, а вернулась совсем в другую. В Кыргызстане как грибы после дождя выросли базары, советская медицина, с которой считался весь мир, разваливалась…

Я устроилась работать в Национальный центр охраны материнства и детства, который тогда назывался Республиканским роддомом. Кстати, поведение беременных тоже изменилось: если раньше женщины наблюдались у врача чуть ли не с первых дней беременности, уходили в декретные отпуска, то в 90-х за здоровьем следили мало — все сидели на базарах, чтобы заработать.

Сегодня ситуация значительно улучшилась, государство заботится о здоровье женщин и детей. Беременные и ребятишки до пяти лет получают медицинскую помощь бесплатно, большинство будущих мам становятся на учет.

— Случалось ли в вашей практике чудо?

— Конечно! Бывает, женщина теряет три литра крови, ты пять часов оперируешь, у нее останавливается сердце, но она все равно выживает…

— Сейчас в Интернете полно историй о том, как врачи запретили женщине рожать, а она их не послушала и стала счастливой матерью здорового ребенка. Начитаешься такого, и кажется, будто врачи — ужасные люди, которые против материнского счастья…

— Это несправедливо! Если у одной женщины беременность и роды прошли хорошо, нет гарантии, что так же повезет десяткам других. Мы опасаемся не только за малышей, но и за самих матерей. Вот недавно к нам привезли женщину, которой вообще нельзя рожать: она перенесла операцию на сердце. Сейчас пациентка находится под наблюдением врачей, ее жизнь в опасности.

— Принимали ли вы детей с серьезными пороками развития?

— Конечно. Не так давно женщина родила малыша с болезнью Дауна. Врачи не смогли выявить недуг во время УЗИ, и мать не знала, что вынашивает такого ребенка. 

Акушер-гинеколог Минагуль Сулайманкулова, работающая в Национальном центре охраны материнства и детства
© Sputnik / Табылды Кадырбеков
Минагуль Сулайманкулова: мы опасаемся не только за малышей, но и за самих матерей

— По данным статистики, в Кыргызстане стали гораздо реже делать аборты. Как думаете, с чем это связано?

— Появилось много противозачаточных средств: разные виды спиралей, таблетки, презервативы. Наверное, поэтому.

— По моим наблюдениям, кыргызстанки все чаще стараются избегать естественных родов и просят о кесаревом сечении.

— Да, им кажется, что это не так страшно. Некоторые хотят таким образом "сохранить" себя для мужа. Например, в Иране операцию кесарева сечения могут провести по желанию роженицы, но у нас для этого нужны показания. А если начнется осложнение из-за наркоза или откроется кровотечение, кто будет отвечать? В Кыргызстане это подсудное дело, врача могут посадить… Кстати, после кесарева сечения могут возникнуть сложности при последующей беременности, но об этом мало кто думает.

— Что вы посоветуете девушкам, которые только планируют стать мамами?

— Отнеситесь к этому серьезно. Сначала вылечите свои заболевания (не только связанные с мочеполовой системой), а уже потом беременейте.

Обязательно почитайте интервью с травматологом Сабырбеком Жумабековым. Он рассказал, что заставляет его плакать.

По теме

Отдайте малыша, он еще живой! — фельдшер о смертельной ошибке бишкекчан
Из-за этого многие кыргызстанцы не могут иметь детей — глава Минздрава КР
Взятки на медфакультетах — это бич медицины КР: врач, работающий в Турции
Теги:
акушер, Роды, Национальный центр охраны материнства и детства

Главные темы

Орбита Sputnik