Узнав о моей идее, меня назвали дураком — о выгодном бизнесе кыргызстанца

Когда-то Руслан Егоров с другом открыл первый в Кыргызстане хостел. Тогда сотрудники турфирм крутили пальцем у виска, предрекая задумке скорый провал. Однако даже сами бизнесмены не могли предугадать, какой успех их ждет…
Подписывайтесь на Sputnik в Дзен

Вот уже несколько лет как Руслан Егоров отошел от гостиничного бизнеса: сейчас молодой бизнесмен все силы отдает новому проекту. "У меня мурашки бегут по телу от того, насколько он масштабный!" — рассказывает кыргызстанец.

Компания Руслана проводит интернет в самые отдаленные уголки страны. Как объясняет 31-летний предприниматель, работать в регионах стало гораздо выгоднее, чем в Бишкеке, где на каждую многоэтажку приходится по пять интернет-провайдеров. Он рассказал, как молодой компании удалось занять прибыльный рынок.

— Вы начали карьеру с call-центра в сотовой компании. У меня есть знакомые, которые там работали, и они рассказывали, что это ад.

— Call-центр — это такая крутая база! Да, туда постоянно звонят с негативом, для таких людей оператор call-центра виноват вообще во всем. Всегда! Несмотря на частые крики, мы не имели права как-то эмоционально реагировать. Кроме того, мы действительно помогали людям. Например, тогда сотовая связь стоила гораздо дороже, а звонок в справочную был бесплатным. Если у человека случалось что-то плохое, он звонил нам и просил связаться с его родственниками. Мы помогали.

Еще в то время в регионах не было единого номера дозвона в скорую помощь. Это сейчас любой человек может набрать 103, и к нему приедут врачи. Тогда в небольших городах и селах нужно было звонить по обычному телефону, номер которого люди зачастую не знали. Они звонили нам, в справочную, а мы им вызывали "скорую".

Работа была не самой легкой: днем я учился в университете, а в call-центре приходилось трудиться до ночи. Зато у меня была свобода: я мог на свои деньги позвать девушку на свидание. Кроме того, в окружении профессионалов я развивался. Мне уже стало неинтересно обсуждать в университете какие-то пацанские вещи.

Узнав о моей идее, меня назвали дураком — о выгодном бизнесе кыргызстанца

— Как получилось, что вы уехали в Америку?

— Я поехал туда ровно на полгода по студенческой программе Work and travel. Там такая процедура: чтобы тебе дали визу, нужно сначала получить приглашение на работу. Мы с другом выбрали вакансию установщиков крыш, потому что за это хорошо платили.

Тогда консул еще очень удивился: "Ребята, все устраиваются продавцами, официантами… Вы хоть умеете крыши монтировать?!". Мы-то парни амбициозные, сказали, что умеем, хотя, конечно, ничего в этом не понимали — мы были простыми, тепличными ребятами из Бишкека.

— Как же вы потом выкрутились?

— Никак, работодатель нас кинул, никакой работы не было. Чтобы хоть немного заработать, мы ходили по ресторанам, кафе, спрашивали, не нужны ли им сотрудники, но нас никто не брал.

Наконец над нами сжалился парень из Украины, он занимался чисткой ковров. Мы стирали эти ковры, и за это нам платили маленькие деньги, прям очень маленькие! В итоге было решено перебраться из Калифорнии в Южную Каролину.

Там нас взяли монтажниками в крупную компанию. Грубо говоря, мы протягивали кабель и получали за это хорошие деньги. Также мы покупали в Америке автомобили и на пароме отправляли их в Кыргызстан. Тогда подобным много кто занимался, так как таможенные ставки были гораздо ниже.

В турецком общежитии порядки, как в тюрьме, — история бизнесмена из Бишкека
— Наверное, в Кыргызстан вы вернулись уже с крупным капиталом.

— Нет, не могу сказать, что много заработал. Более того, по итогу я даже оказался в минусе. Это было связано с тем, что у меня было крутое путешествие по Америке, мы из него выжали все: проехали Штаты вдоль и поперек на поезде, самолете, автобусе.

Да и вообще, США — дорогая страна. Это здесь у нас 2 тысячи долларов — большая сумма, а там их можно потратить за пару дней. Там очень дорого обходятся транспортные расходы, а вот питались мы достаточно скудно. Для нас McDonald's был прямо рестораном!

— Как бы вы вообще охарактеризовали Штаты?

— Америка — это совсем не то, что мы видим в голливудских фильмах: все эти зеленые лужайки, улыбчивые люди… Я не хочу сказать ничего плохого о США, но там другой менталитет: если ты себя никак не проявишь, то никто тебе сильно помогать не будет. Люди просто проходят мимо, и все.

Узнав о моей идее, меня назвали дураком — о выгодном бизнесе кыргызстанца

— У меня много знакомых, которые всеми правдами и неправдами оставались за рубежом, не желая возвращаться на родину. Почему вы вернулись в Кыргызстан?

— Нас уговаривали остаться, но я вернулся и не жалею. Во-первых, это моя земля. Во-вторых, тут мои близкие. Все это время меня здесь ждала девушка, сейчас уже жена.

— Сложно было заново привыкать к Кыргызстану?

— Да, у меня даже депрессия была. И пусть Америка очень разная, так получилось, что мы жили в самой богатой ее части и общались с очень обеспеченными людьми. Они отличаются от наших богачей, у них нет таких понтов, они добрые и улыбчивые. А тут ты сталкиваешься с хмурыми лицами, бытовыми проблемами.

Кроме того, я привык ездить по американским дорогам, а их манера езды вызывает у наших водителей негатив. Я слишком много уступал, не сигналил, аккуратно ездил… В общем, тут так не принято. Но все равно понимаю, что в Кыргызстане плюсов намного больше, чем там. По крайней мере, для меня.

— Но зарплаты в Америке явно на порядок выше, чем у нас. Легко ли было после тех заработков привыкнуть к нашим?

— По возвращении я был готов на любую работу! Хотелось устроиться хоть куда-нибудь, я не брезговал ничем. Меня взяли в сотовую компанию, где я месяц проработал без зарплаты, доказав, что умею торговать. Там проработал недолго, а потом меня позвали уже в другую компанию руководителем.

Вы думаете, курьеры в Москве копейки получают? История успеха кыргызстанца
— Вы стали директором в очень молодом возрасте, а у нас это сразу вызывает вопросы: мол, кто из родственников его продвинул? У нас же вообще культ возраста: каким бы ты ни был хорошим, тебя не будут воспринимать всерьез из-за цифр в паспорте.

— Я стал директором в 24 года. Ну смотрите, владельцы этой компании — иностранцы, они не обращают внимание на личное. Все и так знают, кто я — парень из обычной семьи, окончивший не гламурный вуз, начинал со сферы обслуживания, у меня нет близких, которые могли бы как-то продвинуть одним звонком. Да, у нас есть предубеждения насчет возраста. Да, ко мне изначально никто не относится всерьез, но я человек простой и гибкий: если кто-то относится ко мне недостаточно уважительно из-за возраста, меня это вообще не беспокоит.

— Вы ушли с той должности ради своего бизнеса — хостелов. Насколько я знаю, этой идеей вы вдохновились в Сан-Франциско.

— На самом деле нет. Это официальная версия, но в реальности все было по-другому. В Сан-Франциско я никогда не жил в хостелах и даже не знал, что это такое. Я увидел передачу Андрея Малахова, где один парень рассказывал, как открыл первый хостел в Москве. Меня зацепила эта идея.

Я одолжил у отца 3 тысячи долларов, еще 2 тысячи раздобыл мой друг, и мы сняли небольшой частный дом. Сделали там косметический ремонт, поставили двухъярусные кровати и пошли по турагентствам предлагать свои услуги. "Вы что, дураки, что ли? Какой хостел? Это же иностранцы, а не стадо баранов. Им нужны отдельные номера в гостиницах, а не койко-места", — вот что мы слышали во всех турагентствах.

Нас поддержали только в одной компании, а уже через месяц в нашем хостеле не осталось свободных мест! Желающих было слишком много.

Узнав о моей идее, меня назвали дураком — о выгодном бизнесе кыргызстанца

— А ведь действительно, еще несколько лет назад считалось, что для иностранцев подходит только элитное и люксовое.

— Это очень неправильная позиция! В Кыргызстан в основном приезжают экотуристы, у которых лишь рюкзак и небольшая сумма, которую они расходуют очень экономно. Дело не в деньгах: у нас останавливались и профессора из Гарварда, и крутые политики, и именитые художники. Деньги у них есть, просто им нравится так путешествовать.

Наш бизнес стал стремительно расти: для второго хостела мы арендовали гигантскую квартиру в центре города, а потом взяли кредит на 150 тысяч долларов, чтобы построить третий филиал. Он был самым большим — огромный дом с ремонтом, все по стандартам. Кредит мы отбили в первый же год. К тому времени с нами хотели работать все турфирмы.

Сейчас я не занимаюсь управлением хостелов, мы превратили этот бизнес в франшизу. Дело в том, что все мое время занимает интернет.

Я отказался от "выгодного" тепличного бизнеса — бишкекчанин об индустрии еды
— Вот и давайте поговорим о том, чем вы сейчас занимаетесь. Как я поняла, ваша компания проводит интернет в самые отдаленные регионы республики.

— Да, это детище моего близкого друга, он просто гений по технической части. Это куда масштабнее гостиничного дела, у меня аж мурашки бегут по коже, настолько это круто!

Мы даем доступ к информации в такой глубинке, где даже электричества толком нет, и видим, как меняется жизнь людей. Например, на нас уже ополчились некоторые турфирмы: раньше люди из регионов обращались к ним, чтобы дать объявления о своих гостевых домах. Теперь они сами размещают информацию на платформе Booking.com.

— Мне непонятно, почему этот рынок в регионах заняли не крупные игроки или мобильные операторы, а молодая компания?

— На то есть ряд причин. Долгое время там не было магистрального оператора. То есть именно он проводит интернет в город или село, а мы занимаемся уже "последней милей", то есть обеспечиваем связь у конечного абонента. Наверное, крупные компании неповоротливые, они сами хотят тянуть свои каналы, а не закупать, как мы, у вышестоящего оператора. Тут мы оказались пронырливее.

Узнав о моей идее, меня назвали дураком — о выгодном бизнесе кыргызстанца

— Мне казалось, что проводить интернет в регионы — это просто невыгодно. Например, в одной бишкекской девятиэтажке абонентов столько же, сколько в небольшом селе, а провести туда интернет стоит гораздо дешевле.

— Раньше, где-то до 2012 года, работать в Бишкеке действительно было выгоднее, но сейчас конкуренция между интернет-операторами настолько велика, что рентабельность одного абонента сильно просела. В каждом многоквартирном доме по пять операторов, поэтому в селах сейчас работать интереснее, хотя и издержки там немаленькие.

— Вот вы рассказываете о своей работе, а мне представляются картинки из советской хроники, когда в самые далекие села проводили электроэнергию и люди встречали новшества праздничными концертами.

— Сейчас идет сумасшедшая информационная война против вышек 5G! Нам приходится проводить разъяснительную работу, что, во-первых, это кабель, а во-вторых, интернет никак не вредит здоровью.

Впрочем, большинство людей нам рады. Сельская молодежь прогрессивна в этом плане, да и старшее поколение потихоньку начинает принимать новые технологии. Сейчас у нас уже 10 тысяч абонентов, но всего к нашим сетям могут подключиться 100 тысяч семей.

— Интернет в регионах дороже, чем в Бишкеке?

— Нет, даже немного дешевле. У нас самый популярный тарифный план.

Из-за одной ошибки погибла треть рыбы — о тонкостях форелевого хозяйства
— Вы получили кредит в Российско-кыргызском фонде развития, и я понимаю, почему не в коммерческом банке. У нас все жалуются, что там просто кабальные условия.

— Это очень актуальная тема! Я готов встречаться с нашими государственными деятелями и говорить об этом. По сути, наши банки выступают как ломбарды: если у вас нет залога, то до свидания! Тем самым они просто губят дух предпринимательства.

Давайте приведу в пример нас: мы молодые ребята и еще не успели заработать на недвижимость, которую можно заложить. Более того, эта недвижимость, согласно правилам банка, будет оценена вполовину от ее реальной стоимости. Но если у человека есть недвижимость на 2 миллиона долларов, которую оценят в миллион, то зачем ему кредит в банке? Я знаю, что банки охотятся за крупными предприятиями, чтобы те взяли у них кредит.

Слава богу, в нас поверил РКФР, мы смогли им доказать, что крутые. Их условия позволяют брать кредиты, не закладывая недвижимое имущество.

Узнав о моей идее, меня назвали дураком — о выгодном бизнесе кыргызстанца

— Неужели вы вообще не могли обойтись без кредитов?

— Рынок коммуникаций очень емкий, он нуждается в системном финансировании. Благодаря Российско-кыргызскому фонду развития за последний год наша компания масштабировалась почти в четыре раза.

— Мне кажется, что ваша компания наряду с аптеками и супермаркетами не только не пострадала от коронавируса, а только выиграла.

— Нет, пандемия однозначно не сыграла нам на руку. Объясню почему: конечно, из-за онлайн-обучения и домашнего карантина спрос на интернет-услуги возрос. С другой стороны, у людей нет денег. Платежеспособность населения снизилась.

У меня сердце кровью обливается, когда в техподдержку звонит байкешка и говорит: "Балам, подключи мне интернет в долг, я барана продам и все оплачу". Тяжело такое слышать.

— А политическая нестабильность по вам ударила?

— Пока нет и, дай Бог, не ударит. Мы работаем по закону и надеемся, что наше государство понимает: бизнес любит стабильность и спокойствие. Если нас не будут трогать, мы покажем свои возможности, в том числе с налоговыми отчислениями.