2025-й стал, пожалуй, самым сложным для российской нефтяной индустрии за последние годы, а может, и десятилетия. Ситуация ухудшилась почти во всех измерениях: на внешнем и внутреннем рынках, для коммерческих компаний и для бюджета страны. Естественно, это повлияло и на все ближнее зарубежье.
Фундаментальной проблемой стало сохранение низких цен на мировом нефтяном рынке, вне зависимости от сорта любая нефть стоила дешево. Например, большую часть 2025 года нефть сорта Brent, к которой неформально привязана стоимость основного российского сорта Urals, торговалась в диапазоне 60-70 долларов за баррель. Средняя цена барреля сорта Brent за 11 месяцев 2024-го составляла 81,1 доллара, а за аналогичный период 2025-го — 69,7, то есть на 11,4 доллара дешевле.
Низкие цены на нефть стали своеобразным катализатором множества других проблем. В частности, российский бюджет недополучил из-за этого доходы. По данным Минфина РФ, за 11 месяцев 2025 года нефтегазовые доходы составили 8,029 триллиона рублей, что на 22,4 процента меньше показателей аналогичного периода в 2024-м.
Почему нефть дешевела?
Мировые цены на нефть объяснялись преимущественно двумя факторами. Во-первых, 2025 год прошел под флагом торговых войн. Второго апреля Дональд Трамп объявил "день освобождения": он поднял тарифы на товары из десятков стран. Многие государства в ответ стали вводить свои меры ограничения торговли, и такое противостояние продолжается до сих пор. Трейдеры на рынке нефти реагировали на это снижением цен. Ведь если страны будут меньше торговать друг с другом, значит, и топлива нужно будет меньше для перевозки товаров. Следовательно, нужно заранее продавать фьючерсы на нефть. От этого она и дешевела.
Во-вторых, ОПЕК+ с апреля начали поднимать добычу. Восемь стран организации, в том числе Россия, еще в 2023-м добровольно, помимо квот, сократили производство нефти и в 2025 году восстанавливали добычу суммарно на 2,88 миллиона баррелей в сутки. При том, что потребление нефти в мире в 2025 году выросло на меньший объем, на рынке сформировался переизбыток предложения, что к концу года привело даже к падению цены ниже 60 долларов за баррель сорта Brent.
В конце 2025-го ситуация для России усугубилась новой волной роста скидки на сорт Urals. 22 октября США объявили о введении блокирующих санкций против "Роснефти" и "Лукойла". У России есть опыт адаптации к таким санкциям: еще в начале прошлого года в SDN-лист США попали "Сургутнефтегаз" и "Газпром нефть". Эти ограничения не влияют на объемы добычи и экспорта. Но теперь приходится создавать более длинную цепочку посредников, и пока происходит перестроение схемы продаж, разница между ценой на Brent и Urals увеличилась. В 2024-м и 2025 годах дисконт составлял около 12-13 долларов на баррель, но в ноябре 2025-го этот показатель вырос до 22,5 доллара. Размер скидки возрастает после каждой новой волны санкций, а потом возвращается к тем самым 12-13 долларам, но это может занять несколько месяцев, за которые компании и бюджет недополучат существенную сумму.
Рынок нефтепродуктов: Беларусь выручает
Из-за падения цен на нефть на мировом рынке в 2025 году возникли проблемы на внутреннем рынке топлива. Стоимость топлива за рубежом снизилась вслед за нефтяными ценами, а российский рубль укрепился к доллару, что привело к сближению европейских и российских цен на нефтепродукты.
Риск физического дефицита бензина на российском рынке также возникал из-за ударов украинских дронов по НПЗ. Под обстрел попали объекты Каспийского трубопроводного консорциума. 17 февраля 2025-го Украина атаковала насосную станцию "Кропоткинская", в сентябре — офис КТК в Новороссийске, а в декабре — выносное погружное устройство, через которое загружаются танкеры. Около 80 процентов нефти, добываемой в Казахстане, экспортируется через КТК, поэтому после попыток сохранить демонстративный нейтралитет Астана к концу года все-таки публично выразила протест против действий Украины. А объемы перенаправляются на другие маршруты, причем в большей степени не на Баку — Тбилиси — Джейхан, а в российскую систему "Транснефти" и в нефтепровод на Китай.
В обычный год в России дизельного топлива производится в два раза больше, чем потребляется (50 процентов экспортируется). А вот от общего произведенного объема бензина экспортируется только 10-15 процентов. Поэтому если на ремонт встает часть НПЗ и производство бензина падает на те самые 10-15 процентов, возникает риск физического дефицита. Причем такой риск в 2025 году повлиял и на ближнее зарубежье.
Правительство РФ ввело запрет на экспорт бензина за пределы ЕАЭС, но и в страны объединения продавать с российских НПЗ было нечего. Существенную роль в стабилизации рынков целого региона сыграли белорусские НПЗ. В 2022 году Евросоюз запретил импорт белорусских нефтепродуктов, что привело к сокращению переработки. В 2025-м предприятия получили дополнительную загрузку российской нефтью, а полученное топливо продавалось на евразийском рынке. Так, например, в октябре продажи белорусского бензина на Санкт-Петербургской международной товарно-сырьевой бирже были в 47 раз больше, чем за аналогичный период 2024 года — 36,48 тысячи тонн. Более того, белорусские нефтепродукты вместо российских были направлены на рынок стран Центральной Азии. Так, в ноябре президент РБ Александр Лукашенко рассказал о поставках топлива в Кыргызстан.
На рынках ЕАЭС ожидается стабильность
Начало 2026 года будет сложным с экономической точки зрения. Нет веских причин для роста цен на нефть на мировом рынке. Однако ко второму полугодию политическая ситуация может измениться, что позволит убрать "токсичность" российской нефти. В результате разница стоимости Urals и Brent сократится, что принесет больше доходов бюджету и компаниям, а обеспечение безопасности НПЗ устранит риск дефицита на топливном рынке.
В первые месяцы 2026 года стоит ожидать затишья на рынках России и стран ближнего зарубежья, так как в зимний период потребление нефтепродуктов меньше, чем летом. Но с апреля начнется новый автомобильный сезон, что породит рост спроса на бензин. Однако компании на разных уровнях явно учтут уроки 2025 года и постараются заранее запастись топливом, что снизит риски дефицита.
В целом 2025-й стал периодом отладки действий на постсоветском пространстве для ликвидации нехватки топлива, поэтому 2026 год в этом аспекте будет проще. Стоит ожидать, что правительство РФ сохранит ограничения на экспорт бензина в дальнее зарубежье, но поставлять его в страны ЕАЭС будет можно, что поддержит стабильность на этих рынках.
В будущем Казахстан планирует нарастить мощности своих НПЗ, однако в ближайшие годы Россия и Беларусь, вероятно, останутся основными поставщиками нефтепродуктов на рынки Центральной Азии. Такая ситуация демонстрирует выгоду единых рынков энергоносителей, которые годами создаются внутри ЕАЭС.
В целом 2026-й может стать переломным не только в политическом плане, но и на рынке нефти.