Приехав из села, я увидела жизнь бишкекчанок и поразилась — писательница

В детстве Топчугуль Шайдуллаевой казалось естественным, что ее мама никуда не ездит отдыхать, не покупает себе платья и постоянно занята тяжелым трудом в поле. Контраст между жизнью сельчанок и горожанок подвиг ее к изучению нашего общества.
Подписывайтесь на Sputnik в Дзен

По словам писательницы Топчугуль Шайдуллаевой, в Кыргызстане (да и во всем мире) очень любят покритиковать женщину: не так оделась, не то сказала мужу, неправильно воспитывает ребенка… Сама Шайдуллаева разбирается в этом вопросе лучше многих: она не только активистка женского движения — даже для своей кандидатской диссертации по социологии выбрала именно "женскую" тему.

Позже писательница выпустила книгу "Кызыл орук", которую посвятила маме.

— Расскажите о своем детстве.

Деньги еле помещались в квартире — нереальная история успеха бишкекчанки
— Я родилась в селе Кара-Булак Баткенской области — это тот самый край, где цветет Айгуль. Моя мама была колхозницей, а папа вел в школе уроки электротехники.

Путь журналиста я начала неожиданно, когда училась в седьмом классе. У нас в селе случилась настоящая беда — перестала работать баня. Это было единственное место, где люди могли помыться: дома ни у кого условий не было. Я, обычная школьница, написала критическую заметку об этом и отправила по почте в редакцию районной газеты "Кызыл Туу". Сильно удивилась, что ее сразу опубликовали. Но еще больше меня поразило, что спустя четыре дня баню отремонтировали!

Я поняла: проблемы решаются быстрее, если о них говорить и писать. Неудивительно, что в Бишкек приехала поступать на журналиста.

Писательница Топчугуль Шайдуллаева

— Легко ли вы освоились в столице, да еще и без родителей?

— Я приехала сюда с родственницей и ее братом. Все вступительные экзамены сдала на "отлично", получила комнату в общежитии. Было трудно и морально, и материально, но времени страдать не оставалось — я училась день и ночь.

Он стоял на коленях, а я отказала, — история бишкекской патриотки
Здесь заметила, что горожанки много читают, смеются, красуются в чудесных платьях. А у меня перед глазами стояла мама-колхозница, которая все время занималась тяжелым трудом. Ей было не до нарядов и отдыха, но в детстве меня это не удивляло — так жили все сельские женщины. В столице же я поняла, что все может быть по-другому. Стала изучать эту тему уже как научный работник. Когда поступала в аспирантуру, подготовила научную работу "Кыргызская сельская семья: структурно-функциональный анализ".

— Какую проблему сельских женщин в Кыргызстане вы можете назвать главной?

— В советское время — частые роды женщин-колхозниц. Да, кыргызы считают, что дети — главная ценность любой семьи, все хотят много ребятишек. Но когда женщины рожают безостановочно, не зная, как предохраняться и забывая о своем здоровье, это страшно! В СССР все было по плану: уборка урожая, работа на заводе… А вот о планировании семьи никто не слышал, сельские женщины понятия не имели о методах контрацепции.

Писательница Топчугуль Шайдуллаева

— Многоженство остается в Кыргызстане уголовно наказуемым преступлением. Однако, по данным Фонда ООН в области народонаселения (ЮНФПА), один процент кыргызстанок живет в полигамном союзе. Может, пора упразднить эту статью Уголовного кодекса?

— Тот факт, что сейчас общество захлестнула волна полигамных браков, свидетельствует о регрессе. Самый совершенный вид семьи — один муж и одна жена, человечество выбрало моногамию, "попробовав" все варианты брачных отношений.

Развелась с долларовым миллионером и не умерла — бизнесвумен из Кыргызстана
Я убеждена, что один человек не может любить двоих одинаково сильно. Это самообман! Мужчины просто оправдывают себя, а страдают от этого и жены, и дети. Кроме того, где многоженство, там и ранние браки. Мужчины берут в жены совсем молоденьких девушек, которые не успели получить образование, начать работать. Они становятся зависимыми от мужей. Кто отвечает за их судьбу? Да никто!

— Девяносто процентов граждан считают невинность невесты залогом ее счастливой жизни. Вы с ними согласны?

— Думаю, это важно. Нравственность девушки обязательно сыграет роль в ее жизни. В конце концов, это наши традиционные ценности. С другой стороны, невинность — не гарантия счастливого брака. Я также считаю, что общественность не имеет права наказывать кого-либо за "отсутствие" девственности. Пусть это остается личным делом каждого.

— Еще один щепетильный и болезненный вопрос — трудовая миграция.

— Сейчас женщин, которые уезжают из страны, больше, чем мужчин, при том что они больше привязаны к дому. Наши девушки — умные, сильные, образованные — уезжают главным образом от безысходности, чтобы решить проблему выживания. Это печально.

И другой аспект: многие кыргызстанки хотят замуж за иностранцев, а те в свою очередь выбирают самых-самых. Для нашего общества "утечка" таких женщин за рубеж — не очень хорошо.

Писательница Топчугуль Шайдуллаева

— 38 процентов женщин и 45 процентов мужчин в Кыргызстане считают, что женщина, работающая вдали от дома, начинает вести аморальный образ жизни. Как вы думаете, с чем связано такое предубеждение?

— У нас женщин вообще критикуют больше всего, но в последнее время гендерные роли в обществе сильно изменились. Среди кыргызстанок наблюдается очень большое социальное расслоение, даже среди трудовых мигрантов. Есть те, кто живет вдесятером в одной квартире, а есть успешные бизнесвумен.

— Как вы относитесь к росту популярности идей феминизма?

Сын разорившегося нарынского миллионера: мне пришлось собирать бутылки
— Я не одобряю "радикальный" феминизм. В то же время нельзя забывать о роли женщин, которые боролись за свои права. Были времена, когда нас и людьми-то не считали, причем как на Западе, так и на Востоке. С феминистками, которые требовали для женщин прав на труд, образование и волеизъявление, жестоко расправлялись, их лидеров казнили.

Благодаря этим смелым людям мы получили свободу, к которой долго шли. Однако такая свобода — вещь дорогая и очень уязвимая. Меня удивляет, что появились кыргызстанки, готовые добровольно распрощаться с нею. Надеть ярмо легко, а вот снять — задача непростая.