В 14 лет я заработал на квартиру в Бишкеке — история кыргызстанца

Вы наверняка хоть раз пробовали сок, который производится на заводе Дастана Омуралиева. Он первый, кто решил напоить Кыргызстан яблочным соком прямого отжима.
Подписывайтесь на Sputnik в Дзен

В этом районе города Шопокова сильно пахнет яблоками — сюда они поступают со всего Кыргызстана. Когда-то фермеры такие плоды — слишком маленькие и кривые — не очень-то жаловали: продать на рынке их сложно, и часть урожая обязательно сгнивала.

В 2013 году Дастан Омуралиев произвел первую партию сока. Предприниматель отправил фуру в Казахстан, но, вопреки ожиданиям, продажи были очень маленькими. Он с ужасом смотрел на забитые товаром склады и много размышлял…

— Вы ведь долгое время прожили в США, верно?

— Мне исполнилось десять лет, когда папу по работе отправили в Америку. Шел 1999 год, тогда США воспринимались, как другая планета. Первый месяц я устраивал протесты, хотел обратно домой. Я совершенно не знал языка и чувствовал себя в школе изгоем.

Меня также раздражало, что на улицах все улыбаются, это казалось диким, фальшивым. Позже я понял, что это часть культуры: не сваливать свое плохое настроение на других людей.

Вообще, американцы — очень дружелюбный народ, они всегда придут на помощь. США часто критикуют, ведь с точки зрения политики Вашингтон ведет себя агрессивно. Однако между рядовыми американцами и политикой огромная разница. Вообще-то простые граждане там мало интересуются международными делами.

В 14 лет я заработал на квартиру в Бишкеке — история кыргызстанца

— Каково было учиться в американской школе?

— Их образование отличается от нашего, упор делается на критическое мышление. Например, на контрольные можно было приходить с калькулятором и шпаргалками, заучивать формулы наизусть не нужно.

По законам штата Вирджиния подросткам с 14 лет разрешается работать по 20 часов в неделю. В школе мне выдали разрешение на работу, но устроиться куда-то было сложно: никто ведь не хочет брать подростков.

Их вообще кто-нибудь воспитывал? Владелица ресторана о мажорах в Бишкеке
Я буквально атаковал одну пиццерию: "Возьмите меня официантом, я буду хорошо работать, обещаю! Могу и бесплатно!". Они сжалились надо мной.

Тогда я впервые понял, как приятно зарабатывать деньги. В месяц мой заработок достигал 400 долларов. Всего за год я смог накопить на квартиру в Бишкеке — тогда они продавались по 2-3 тысячи долларов.

— Вы привыкли жить там. Как восприняли новость, что возвращаетесь в Кыргызстан?

— Я до последнего не хотел в это верить, очень уж привык к Америке. На родине пришлось экстренно изучать школьную программу, ту же историю Кыргызстана.

Тогда меня удивило, что мои кыргызстанские сверстники не имели понятия, чем будут заниматься в дальнейшем. В США уже в девятом классе четко представляют, чего хотят от жизни. Были и такие ребята, кто трезво оценил свои умственные способности и решил после учебы пойти на завод или в "МакДональдс". В Кыргызстане же люди не привыкли что-то планировать.

Я отучился год в АУЦА, но понял, что этих знаний не хватает. Чтобы изучать тонкости бизнеса, перевелся в Казахстанский институт менеджмента, экономики и прогнозирования.

На третьем курсе прошел конкурс в ведущую аудиторскую компанию во всем мире. Мне пришлось год скрываться от отдела кадров — нужно было принести диплом, но не мог же я признаться, что еще не окончил вуз! В 2011 году вернулся в Бишкек.

В 14 лет я заработал на квартиру в Бишкеке — история кыргызстанца

— Почему вы решили производить сок?

— Шесть лет назад меня пригласили в гости, и я увидел у хозяина трехлитровую коробку с соком. "Попробуй, мы привезли этот сок из Германии. Он настоящий, совсем без добавок", — предложили мне.

По вкусу напиток напоминал яблочный фреш. Я крепко задумался: почему бы не производить такой у нас? Яблоки в Кыргызстане растут, так что мешает?

Я работал над этим круглые сутки. Через несколько месяцев была выпущена первая партия сока. Мы отправили ее в Казахстан, предвкушая огромные продажи. Но надежды растаяли быстро: та ничтожная партия продавалась аж три месяца!

Я с грустью смотрел на забитый склад, где находилось 240 тонн сока. А вдруг мы его не продадим за год и напиток испортится? Страшно представить, какие будут потери!

Мы долго договаривались с бишкекскими супермаркетами, и наконец нам удалось выставить товар на прилавок. Спрос превзошел все ожидания! Магазины видели, насколько популярен наш сок, объемы постоянно росли. Мы продали запасы не за год, а всего за девять месяцев.

— Помните, как кто-то открыл первую кофейню в Бишкеке? Дела пошли в гору, и сейчас у нас в каждом квартале по кофейне. У вас тоже появились последователи?

Когда я вернулась на родину из Европы, у меня был шок — кыргызстанка
— В 2015 году все кому не лень стали производить сок прямого отжима. Людям казалось, что это золотая жила, что тут ворочают миллиардами.

Мы же допустили серьезную ошибку: компании не хватило мощностей, товар на полках заканчивался, а склады пустовали. Конкуренты стали занимать пустующие витрины.

На рынке появилось около дюжины новых компаний. У меня была мысль объединиться, чтобы сообща покорять российский рынок: в одиночку такое провернуть сложно. Я собирал других производителей, но, к сожалению, их личные амбиции оказались сильнее. Каждый тянул одеяло на себя, и в конце концов началась демпинговая война: все старались снизить цену.

Не все руководители понимали, насколько они рискуют. Через год-два многие компании обанкротились. Мы тоже пострадали, понесли большие убытки. Однако цену так и не снизили.

Многие потребители не понимают, почему сок прямого отжима стоит дороже обычного. Этот напиток полностью изготовлен из фруктов и ягод, он мало чем отличается от сока, который готовят хозяйки на своих кухнях.

— Где вы берете столько яблок?

— Скупаем яблоки, сливы, груши, абрикосы, вишню и морковь по всему Кыргызстану. Важно, что к нам поступают плоды второго и третьего сортов. Это спелые, вкусные фрукты, но слишком маленькие или некрасивой формы — такие сложно продать на базаре. Раньше большая часть таких яблок сгнивала на земле, а теперь у семей появился дополнительный источник дохода.

В 14 лет я заработал на квартиру в Бишкеке — история кыргызстанца

— Один мой знакомый бросил работу в офисе и занялся яблоневым садом. Это что, настолько выгодно?

— Большинство яблоневых садов посажено еще в 80-х. Так как деревья живут 40-50 лет, через десять лет большинство наших садов придется вырубить. Важно возродить эту отрасль.

По нашим подсчетам, сады приносят гораздо большую прибыль, чем разведение скота или овощеводство. Правда, есть нюанс: когда сажаешь картошку, урожай можно собрать уже осенью. А вот первые яблоки получишь только спустя полтора года.

Также придется серьезно вложиться: провести анализ почвы, закупить удобрения, выбрать саженцы, потратиться на систему орошения. Вложения окупятся примерно за четыре года, и следующие 15 лет вы сможете "поднимать" в виде чистой прибыли по 10 тысяч долларов с гектара.

— А не получится ли как с фасолью? Все кинутся выращивать яблоки, и мы так перенасытим рынок, что урожай придется продавать за бесценок.

— Практически вся фасоль идет на продажу в другие страны, в самом Кыргызстане нет культуры потребления этого продукта. С яблоками ситуация другая: их едим и мы, и все наши соседи.

На территории Евразийского экономического союза проживают 180 миллионов человек, думаю, проблем со спросом не возникнет.

— Ваш сок можно купить в России и Казахстане?

Ушел из банка в Кыргызстане, чтобы работать грузчиком в Москве, — бишкекчанин
— Да. В России наш товар оценили, особенно яблочно-абрикосовый сок. Для них это экзотика. В прошлом году мы отправили партию в Бельгию ради эксперимента. Теперь советую всем поставщикам, которые мечтают поставлять товар в Европу, подумать дважды, а то и трижды.

Наш сок может попасть туда лишь двумя путями: на поезде и в грузовике. Железной дорогой получается дольше, да и вагоны с холодильниками не всегда найдешь. Автомобилями намного дороже: доставка одной фуры сока до Бельгии обошлась нам в 7 тысяч долларов.

Есть планы работать с Китаем. Как раз с их бизнесменами произошел интересный случай: мы получили оттуда отзыв, что наш сок слишком натуральный, китайцы к такому вкусу не привыкли.

В 14 лет я заработал на квартиру в Бишкеке — история кыргызстанца

— Как повлияло вхождение Кыргызстана в ЕАЭС на вашу работу?

— В этом есть очень важный плюс: отсрочка по выплате НДС. Кроме того, перед нами открылся большой рынок, стало гораздо проще проходить границы. Благодаря Российско-Кыргызскому фонду развития многие компании получили доступ к недорогим кредитам.

Важно, что у нас появились стандарты производства, компании вынуждены повышать качество продукции. К сожалению, 80 процентов производителей в стране не соблюдали санитарные нормы. Я поражался, как они не боялись продавать такую продукцию, ведь отравиться — минутное дело!  Сейчас в Кыргызстане появились лаборатории, внедряются техрегламенты.

Я продаю стиральные машины в 4 раза дешевле — бизнесмен из кыргызского села
Конечно, есть и минусы: отдельные предприимчивые товарищи ездят в Россию и Казахстан, скупая в местных супермаркетах товары по акции с 50-процентной скидкой. Потом приезжают сюда, и все это попадает к нам на рынки. Важно, что подобные акции чаще всего проводятся на товары с истекающим сроком годности, так что это вопрос национальной безопасности. Разумеется, налогов с такого "бизнеса" никто не платит. К сожалению, у нас с точки зрения налогового регулирования дела обстоят не очень хорошо. Надеюсь, власти примут меры.

— А вы платите все налоги?

— Да, у нас кристально чистая бухгалтерия. Конечно, обойти налоговое законодательство в Кыргызстане проще простого. Многие думают: "А зачем платить? Все равно чиновники "распилят". В этом есть правда: люди хотят видеть, что налоги расходуются прозрачно и эффективно.

Но, с другой стороны, каждый так или иначе должен вносить свой вклад в страну. В США все знают: не будешь платить налоги — попадешь в тюрьму. Нам тоже нужно воспитывать в себе такую культуру. Еще Бенджамин Франклин сказал: "В этом мире неизбежны только смерть и налоги".

Обязательно почитайте историю предпринимателя Спартака Подоляка. Он придумал очень интересный способ вложения денег.