15:27 30 мая 2020
Прямой эфир «Радио Sputnik»
  • USD73.7678
  • EUR82.0114
  • RUB1.0426
Общество
Получить короткую ссылку
170050

Толкун Тюлекова с горечью вспоминает, как одна кыргызстанка 30 лет жила с домашним тираном. Однажды женщина все-таки осмелилась обратиться в милицию, а помогли ей сотрудники кризисного центра…

Исполнительный директор Ассоциации кризисных центров Толкун Тюлекова рассказала корреспонденту Sputnik, с чем сталкиваются кыргызстанцы во время всеобщего карантина, и о проблемах кризисных центров. 

Исполнительный директор Ассоциации кризисных центров Толкун Тюлекова
© Фото / из личного архива Толкун Тюлековой
Толкун Тюлекова: кыргызстанки часто убегают из дома в чем есть, например, в шлепанцах и халате. В этом случае для них и детей необходимо собрать помощь: одежду, обувь, нижнее белье, гигиенические принадлежности…

— Чем конкретно кризисные центры помогают жертвам семейного насилия?

— Мы предоставляем несколько видов помощи: психологическую, юридическую и социальную. Однако, к сожалению, в некоторых центрах из-за отсутствия финансирования есть всего один-два специалиста, их катастрофически не хватает.

Например, каждой женщине требуются по меньшей мере три психологические консультации, которые длятся минимум час. Кроме того, в отдельных центрах работает лишь один юрист, который занимается только уголовными или только гражданскими делами.

Вы даже не представляете, как огромна оказываемая социальная помощь. Мы помогаем женщинам восстанавливать документы и обращаться в государственные органы, потому что многие просто не знают, куда идти и как писать заявления. Также возникают вопросы по устройству детей в сады и школы. Ведь в среднем у женщин, которые уходят от тиранов, два-четыре ребенка.

К тому же кыргызстанки часто убегают из дома в чем есть, например, в шлепанцах и халате. В этом случае для них и детей необходимо собрать помощь: одежду, обувь, нижнее белье, гигиенические принадлежности… Недавно у нас были три женщины, у которых в результате домашнего насилия пропало молоко, их малышам требовалось детское питание.

Кроме того, нужно помогать подопечным с трудоустройством. Некоторых мы записываем на разные курсы, чтобы они могли получить хоть какую-то профессию.

— По некоторым данным, с 24 марта по 24 апреля только в Бишкеке зарегистрировали 162 случая домашнего насилия. В прошлом году за этот период выявили 100 случаев. С чем связан всплеск домашнего насилия на карантине?

— Росту уровня семейного насилия поспособствовали несколько факторов. Например, многие люди раньше жили на ежедневный заработок: получили деньги — сразу купили продукты и немного отложили на оплату съемного жилья. Сейчас они остались без работы и что еще хуже — без надежды на улучшение ситуации, поэтому чувствуют злость и становятся агрессивными.

Кроме того, далеко не у каждого есть возможность жить в отдельной комнате, иметь собственное пространство. Родители сейчас вынуждены круглосуточное находиться с детьми, заниматься их обучением и развитием, а это не всем под силу. С целью решения данных проблем в начале карантина кризисные центры запустили горячие линии для оказания психологической помощи населению. 

Президент Ассоциации кризисных центров Толкун Тюлекова во время интервью на радио Sputnik Кыргызстан
© Sputnik / Табылды Кадырбеков
Толкун Тюлекова: наши специалисты прежде всего помогают оценить критичность ситуации, понять, есть ли угроза жизни и здоровью, а также составить план безопасности

— С какими проблемами к вам чаще всего обращаются в условиях карантина?

— Прежде всего нас просят оказать гуманитарную помощь, купить продукты. Многим людям требуется психологическая поддержка. Некоторые просят объяснить их детям сложившуюся ситуацию. Кто-то спрашивает про выплату кредитов и передвижение по городу, про безопасность во время посещения врачей... Кроме того, сейчас многие граждане жалуются на нарушение трудовых прав.

Ну и конечно, нам сообщают о семейном насилии. В таких случаях наши специалисты прежде всего помогают оценить критичность ситуации, понять, есть ли угроза жизни и здоровью, а также составить план безопасности. Вместе с женщинами они обсуждают способы выхода из ситуации.

Если есть необходимость юридического сопровождения, привлекаем адвокатов. На этот случай у нас имеется соглашение с учебным центром адвокатов, которые проводят консультации и предоставляют бесплатное сопровождение пострадавшим от насилия.

— Всегда ли информация о случаях домашнего насилия доходит до правоохранительных органов?

— Нет, конечно. Кто-то не решается подать заявление в милицию из-за страха, а кто-то просто хочет уйти и просит помочь. Мы стараемся объяснять женщинам их права и убеждать, но в данном случае они сами делают выбор.

Исполнительный директор Ассоциации кризисных центров Толкун Тюлекова во время беседы
© Sputnik / Табылды Кадырбеков
Толкун Тюлекова: для оказания комплексной помощи пострадавшим от насилия женщинам должны быть созданы специальный государственный институт и социальное общежитие

— Насколько мне известно, сейчас из-за карантина кризисные центры не могут принимать женщин…

— Особенно нуждающихся в помощи принимают даже во время карантина. Одним сотрудники помогают добраться до близких, других оставляют в убежище. А как иначе?

Мы могли бы помочь гораздо большему числу людей, если бы у нас была хорошая финансовая поддержка государства или международных организаций. Сейчас одному кризисному центру выделяют 600-800 тысяч сомов на год. Представляете, каждой женщине полагается всего 80-100 сомов на трехразовое питание в день. На эти деньги мы должны накормить не только подопечную, но и ее детей.

Если говорить о периоде карантина, то в убежищах должны быть маски, санитайзеры, продукты. Но спросите, есть ли у нас хотя бы холодильное оборудование или помещение для хранения продуктов… 

— В кризисных центрах женщин и их детей проверяют на наличие коронавируса?

— При поступлении к нам все кыргызстанки проходят анкетирование. Мы выясняем, куда они выезжали в последнее время, с кем контактировали. Затем приглашаем медицинского работника, если он видит какие-то клинические проявления — делает тест на коронавирус. Все это время женщины находятся в изолированных комнатах.

  • Команда ассоциации кризисных центров развозит гуманитарную помощь женщинам
    Команда ассоциации кризисных центров развозит гуманитарную помощь женщинам
    © Фото / предоставлено Толкун Тюлековой
  • Команда ассоциации кризисных центров развозит гуманитарную помощь женщинам
    Команда ассоциации кризисных центров развозит гуманитарную помощь женщинам
    © Фото / предоставлено Толкун Тюлековой
  • Команда ассоциации кризисных центров развозит гуманитарную помощь женщинам
    Команда ассоциации кризисных центров развозит гуманитарную помощь женщинам
    © Фото / предоставлено Толкун Тюлековой
1 / 3
© Фото / предоставлено Толкун Тюлековой
Команда ассоциации кризисных центров развозит гуманитарную помощь женщинам

— На что должно обратить внимание правительство, чтобы помочь жертвам домашнего насилия?

— Надо рассматривать проблему семейного насилия как комплексную, отдельно учитывать особенности каждой группы, например, женщин с малолетними детьми, беременных. Кроме того, нужно поднять проблему выплаты алиментов и обеспечения имущественных прав наших подопечных.

Для оказания комплексной помощи пострадавшим от насилия женщинам должны быть созданы специальный государственный институт и социальное общежитие.

— Я слышала, что женщинам, страдающим от семейного насилия, рекомендуют заранее собрать сумку, чтобы было с чем уходить. Что нужно взять в первую очередь?

— Да, такую сумку можно назвать "тревожным чемоданчиком". Она должна быть легкой и мобильной, однако вмещать довольно много: документы женщины и ее детей, лекарства, которые они принимают, минимальный набор одежды и гигиенических средств и обязательно ключи от дома. 

Исполнительный директор Ассоциации кризисных центров Толкун Тюлекова
© Фото / из личного архива Толкун Тюлековой
Толкун Тюлекова: помню, судья в какой-то момент перестал вещать от имени Фемиды, а начал как-то по-мужски отчитывать ее супруга: "Да какое ты вообще имеешь право поднимать руку на жену?!"

— Какой случай домашнего насилия вы считаете самым тяжелым в своей практике?

— Трудно сказать, ведь каждой жертве по-своему тяжело. Многие терпят насилие годами…

Например, одна женщина подвергалась насилию практически всю жизнь. Она случайно попала на наш семинар и впервые за 30 лет решила обратиться в милицию. Мы оказывали ей сопровождение с самого начала — от подачи заявления до трудоустройства.

Помню, судья в какой-то момент перестал вещать от имени Фемиды, а начал как-то по-мужски отчитывать ее супруга: "Да какое ты вообще имеешь право поднимать руку на жену?!". Для нее было шоком, что мужчина может за нее заступаться, а не бить. После судебного процесса она сказала: "Если бы я только знала, что так бывает, я бы обратилась за помощью гораздо раньше".

Другая наша подопечная почти 12 лет подвергалась жестокому унижению, экономическому и физическому насилию. Муж забирал заработанные ею деньги, избивал, не платил за съемное жилье, даже не покупал продукты для собственных детей. Зато мог уйти из дома на несколько недель или месяцев — тогда женщина и дети голодали.

Она несколько раз пыталась уйти от него, но муж выслеживал сына от школы до их нового жилья, и все начиналось сначала. Через полгода после того, как она решилась обратиться к нам, жизнь этой женщины изменилась в корне. Сегодня она имеет стабильный заработок и живет с детьми в социальном жилье.

По теме

Как умирают люди с коронавирусом — интервью с врачом из Кыргызстана
Зараженных сжигали заживо — 7 эпидемий, которые были кошмаром для кочевников
Теги:
помощь, жертва, Карантин, домашнее насилие, Кыргызстан

Главные темы

Орбита Sputnik